Внеконкурс

Дело 102

- Заколка зачет! Дай поносить, а?
Взглянув в зеркало заднего вида, Лиля увидела искаженное гримасой лицо Агаты. Девушка
вальяжно развалилась на заднем сидении синей «Киа».


- Тебе сколько? Шестнадцать? Не старовата ли? – парировала Лиля.
- Ой, чья бы корова…


- Прекратите. Обе. – тоном, не терпящим возражений, произнес Борис.


Как всегда немногословный, напарник Лили сосредоточился на дороге. Время позднее, дождь
льет как из ведра, а путь неблизкий.


В салоне повисло молчание, нарушаемое лишь редкими взрывами пузыря из жевательной
резинки, которую жевала Агата. Лиля пыталась абстрагироваться, но тщетно – эти хлопки среди
мрачной тишины действовали на нервы.


- Борь, включи музыку, пожалуйста. Я так долго не вынесу.
Лиля презрительно взглянула в зеркало. Заметив это, Агата показала средний палец.


- Нахалка! – возмущенно воскликнула Цветкова.
- Кажется, я сказал прекратить. – ровным тоном ответил Борис, но потянулся к магнитоле. –
Слушайте.


Из динамиков заиграла популярная песня Наутилуса. Лиле сразу стало спокойнее. Привычная
обстановка. Каково же было удивление, когда пассажир начала подпевать Бутусову.


- А у тебя есть вкус, несмотря на то, что ведешь себя как стерва! – с долей шутки в голосе сказала
Лиля, пытаясь перекричать музыку. – Да и одеваешься соответственно!
Цветкова окинула взглядом «прикид» девушки. Черные блестящие обтягивающие лосины, ярко-
красная футболка с непонятным принтом, открывающая подтянутый живот – складывался образ
гулящей малолетки. А этот макияж… Тени для век в тон футболке, подводка потекла от дождя,
длинные ресницы.


- Если я когда нибудь стану так «наряжаться», пристрели меня. – сказала Лиля так, чтобы слышно
было только Борису.


- Тебе даже просить не придется.
- Эй, я все слышала! – прокричала Агата. – На себя посмотри, мисс Заколка!


Лиля включила профессионализм и пропустила очередную колкость мимо ушей. Радовало одно –
разговор налаживался.


- Слушай, - Лиля развернулась к пассажирке, взглянула в глаза. – Как все произошло? Ну… Этот
приступ. Чем он вызван?
- Думаешь, я знаю? – Агата внезапно посерьезнела. – Помню только, как вернулась домой.
Лиля сделала музыку потише.

- Мам, я дома! – громко хлопнув дверью, прокричала Агата.
- Явилась! Уже почти полночь, ты где шлялась?

Из двери, ведущей в зал, в коридор вошла женщина. Исхудавшая, она еле держалась на ногах.
Пол глазами синяки, лицо бледное, болезненное.


- Я же говорила, дополнительные занятия, мам. – уткнувшись взглядом в пол, Агата снимала
кроссовки.


- Не ври матери! – закричала женщина, но тут же схватилась за косяк, не в силах устоять на ногах.
- Ма, ты как? – в голосе Агаты прорезалась паника. Подбежав к матери, она подхватила за руку.
- Все… Хорошо, милая. – с трудом произнося слова, ответила мама. – Просто… Голова
закружилась.


- Идем, тебе прилечь нужно. – Поддерживая маму, девушка повела ее в другую дверь, ведущую в
спальню. Уложив в кровать, взглянула на тумбочку справа. Лекарства не распечатаны.
- Ты их даже не открыла! Почему?! – голос Агаты наполнился гневом.
- Милая, не надо…
- Что не надо? Не надо лекарств? Не надо жить?! – голос девушки дрогнул, в глазах застыли слезы.
- Не знаю, где ты их взяла, но… Это же такие деньги… Мы не располагаем…
Женщину одолел жуткий кашель. Приступы происходили с каждым днем все чаще, но Агата не
могла привыкнуть, каждый раз поддавалась панике.


- Мам, я сейчас!
Агата выбежала из комнаты, через мгновение вернулась со стаканом воды.
- Вот, выпей. – девушка поднесла стакан к губам матери. Капли воды намочили подушку.
- Спасибо, родная… Что бы я…
- Пей! – приказным тоном произнесла Агата, протягивая маме таблетку и оставшуюся воду. –
Сама! Не хочу заставлять принимать их силой.


- Поздно, дочка… - стакан не удержался в руках, разбился об пол. Осколки разлетелись во все
стороны. – У меня не осталось сил.
- Ничего не поздно! – в сердцах воскликнула Агата. Слезы полились безудержным потоком,
попытки вытереть глаза только размазали потекшую подводку. – Мы сможем вылечится, поедем к
врачу, слышишь?!


Агата взяла маму за руку… И вздрогнула. Ледяная, как у покойника, ладонь… Тощая, словно
остались лишь кожа и кости.
- На какие шиши? – нашла в себе силы улыбнуться женщина. – Моего калыма на твое содержание
едва хватает…
Завибрировал телефон. Агата мельком прочитала сообщение, что-то быстро написала в ответ
свободной рукой и вновь взглянула на маму.
- А вот на такие!
Из кармана куртки девушка достала полную пачку купюр номиналом в пять тысяч рублей. Глаза
женщины расширились от ужаса.
- Где ты?!

- Неважно, они есть. – улыбнувшись, Агата покрепче сжала мамину руку. – Тебе проведут
операцию, я уже договорилась. Сюда едет машина, врачи прибудут через полчаса. Все будет
хорошо!


Эти слова не успокоили женщину. Глаза наполнились яростью. Собрав последние силы, мать
выдернула свою ладонь из руки дочери.
- Ходили слухи! Я не верила! Ненавижу… Тебя!
Хриплые крики заполнили спальню. Агата осталась бессильно стоять перед кроватью и смотреть
на маму расширенными от удивления глазами. Мать начало трясти, крики не прекращались.
Разобрать мало что удавалось, Агата поняла лишь «потаскуха» и «не верю».
- Мама, ты что?! Успокойся немедленно!


Тело женщины обмякло, перестало дергаться. Пронзительные голубые глаза остекленели,
дыхание остановилось.
- Нет! Мама, не отключайся… Не уходи! Врачи, где же…


Агата бросилась набирать номер, на который отправляла смс. Длинные гудки... Сработал
автоответчик. В ярости она швырнула телефон в стену, упала на колени и пронзительно завопила.

- Вот и вся история. Очнулась на полу, а перед глазами – твое лицо. – Агата легким движением
руки стерла покатившуюся из глаз слезинку. – Врачи не успели… Совсем немного. Если бы я
потерпела, не швырнула деньги на тумбочку, кто знает… Может, мама была бы со мной.
Лиля не нашла слов, лишь бросила взгляд на Бориса. Он не отвлекался от дороги, молчал.
Скорая в любом случае опоздала. Лиля вспомнила открывшуюся картину и невольно вздрогнула.
Хорошо, что они с Борей успели вовремя, иначе в доме ожидал бы мори. С порога услышав
яростный крик, оперативники бросились в дом. Излечить успели каким-то чудом. Подоспевшие
спустя полчаса врачи, которых вызвала Агата, лишь пожали плечами, мол здесь работа для морга.
Исцеленная от аддикции, девушка словно не понимала постигшего горя. Вела себя развязно,
отпускала колкие шуточки в адрес оперативников. Так у нее проявились последствия излечения.
- А можно еще вопрос… А отец? – голос Лили дрожал, было жалко девушку.
- А что? Я его даже не знала… Мама говорила, сбежал, как только узнал о беременности. Мама…
Почему именно сейчас.


Агату словно «отпустило» после исцеления. Закрыв лицо ладонями, она зарыдала.

Лиля сидела в офисе «Ока» за рабочим столом. Перед ней лежало открытое досье.
Дело номер 102. Агата Олеговна Ольховская. Дата рождения – 12.03.2002. Зеленый уровень.
Дочь бывшего старшего оперативника Московского штаба – Олега Ольховского.
Впервые проявление аддикции было замечено в возрасте восьми лет. Лечение проведено
своевременно старшим оперативником Олегом Ольховским, после чего тот оставил семью.
Его жена – Анна Ольховская –не раскрывала информацию о муже, дабы не спровоцировать
новые всплески аддикции.


- Глупости какие! Так только хуже сделали! Хотя… Что изменилось бы?

Лиля вздохнула и вернулась к досье, которое итак знала наизусть.
После исцеления находилась под постоянным наблюдением оперативников. С четырнадцати
лет, узнав о болезни матери, начала подрабатывать «ночной бабочкой» для особых клиентов,
чтобы накопить на операцию. Новых всплесков не наблюдалось.
- Как же, не наблюдалось… Что ж, теперь досье пополнится новыми данными. Как теперь
сложится ее жизнь? Совсем одна осталась.


Вновь вздохнув, Лиля открыла ящик стола, убрала досье. Агата сейчас в больнице, под надзором
врачей. Вскоре к ней приставят наблюдающего оперативника. Жизнь человека сломана…
Цветкова боялась. Однажды аддикт уже был исцелен, и как выяснилось – не до конца. А что, если
это не последний всплеск?

© 2019 Urban_mysterium. 

  • Vkontakte Social Иконка